ПРИМЕЧАНИЯ К АВТОРСКОМУ ПРЕДИСЛОВИЮ
1 С той же целью опытный аллопат с наслаждением изобретает название болезни, чаще всего греческое, для того, чтобы внушить пациенту, что он давно и хорошо знает это заболевание и является опытнейшим человеком в его лечении.
2 Гомеопатия не проливает ни капли крови, не назначает ни рвотных, ни слабительных, ни потогонных средств, не лечит наружные поражения наружными средствами, не предписывает горячие или неизвестные минеральные ванны или лекарственные клистиры, не применяет шпанских мушек или горчичных пластырей, выпускников или фонтанелей, не возбуждает слюнотечения, не прижигает полынными сигаретами или докрасна раскаленным железом до самой кости, и не использует средств, подобных только что перечисленным, но каждый врач своими собственными руками даёт собственные препараты простых, несоставных лекарств, свойства которых он знает безошибочно, не подавляет болей опиумом и т. д.
3 Ганеман не проставил в рукописи точную дату, возможно, отложив это до того момента, когда книга попадёт в руки издателя, однако д-р Хейль считает, что следовало бы проставить февраль, 1842 г. поскольку именно эта дата указана в рукописной копии, выполненной мадам Ганеман (В. Б.).
ПРИМЕЧАНИЯ К ВВЕДЕНИЮ
1 Более созвучным здравому смыслу и природе вещей было бы считать исходную причину болезни за causa morbi и попытаться обнаружить её для того, чтобы получить тем самым возможность успешно применить метод лечения, полезность которого уже была продемонстрирована при лечении болезней той же этиологии. Так, например, ртуть полезна при лечении язвы головки полового члена, развившейся после нечистого коитуса, так же как и в предшествовавших случаях венерических шанкров. Если бы они обнаружили, что причиной, вызывающей все остальные (невенерические) хронические заболевания, служит инфекция, проявляющаяся в тот или иной период зудящим миазмом (псора) и, уделяя должное внимание индивидуальным особенностям каждого случая, разработали бы общий метод лечения, посредством которого могли бы быть излечены все и каждый из них, то тогда они имели бы полное право заявить, что при лечении хронических болезней они имеют в виду только доступную и полезную causa morborum chronicorum (non - venereorum) и, основываясь на этом, могут лечить подобные болезни с наилучшими результатами. Однако в течение прошедших веков они оказались неспособными излечить миллионы хронических болезней, поскольку не понимали, что их происхождение связано с псорным миазмом (он был впервые открыт и обеспечен подобающим лечением лишь в практике гомеопатии). Тем не менее, они хвастают тем, что только их лечение направлено на prima causa болезней и что только они придерживаются рационального лечения. При этом они не имели ни малейшего представления о псорном происхождении хронических болезней и поэтому совершено запутались в их лечении.
2 Каждый врач, подбирающий лечение в соответствии с этим общим характером заболевания, как бы не претендовал он на звание гомеопата, всегда останется аллопатом, поскольку гомеопатия немыслима без тщательнейшей индивидуализации.
3 Гомеопатическое.
4 "Когда опыт демонстрировал целебные силы гомеопатически действующих лекарств, объяснение эффекта которых представлялось невозможным, то, для устранения этих трудностей объяснения, их действие называли специфическим, удушая дальнейшие исследования этим ничего, в действительности, не значащим словом. Гомогенетические возбуждающие лекарства, специфические (гомеопатические) средства были, тем не менее, запрещены задолго до этого как оказывающие чрезвычайно вредное действие". - Pay, "О значении гомеопатического метода лечения". Гейдельберг, 1824. с. 101-2.
5 В случае внезапного расстройства желудка с постоянной отвратительной отрыжкой, имеющей вкус испорченной пищи, часто сопровождаемого упадком духа, похолоданием кистей рук и стоп и т.д., обычные врачи, как правило. направляют свои усилия против испорченного содержимого желудка, которое полностью изгоняется сильными рвотными. Эта цель обычно достигается назначением рвотного камня с ипекакуаной или без неё. Становится ли пациент сразу после этой процедуры здоровым, оживленным и весёлым? О, нет! Такое расстройство желудка обычно имеет динамическое происхождение и вызывается психическими причинами (горе, испуг, досада), ознобом, умственным или физическим перенапряжением сразу после приёма пищи, часто даже весьма умеренного. Эти два лекарства, а также вызванная ими бурная рвота, не могут устранить динамическое расстройство. Более того, рвотный камень и ипекакуана, вследствие собственных специфических патогенных эффектов, вызывают дальнейшее ухудшение в состоянии пациента и приводят к нарушению выделения желчи. Таким образом, больной, если только он не окажется очень крепким, будет в течение ещё нескольких дней страдать от последствий так называемого каузального лечения, несмотря на бурное удаление всего содержимого желудка. Если же, тем не менее, больной, вместо того, чтобы принимать эти сильнодействующие и всегда вредные рвотные средства, понюхает один раз глобулу размером с горчичное зерно, смоченную высокоразведённым соком пульсатиллы, то, как общее расстройство его состояния здоровья, так и местное, желудочное, будут безусловно устранены, и через два часа он будет совершенно здоров. Если же отрыжка и возобновится ещё раз, то она уже не будет иметь вкуса и запаха, то есть содержимое желудка уже не будет испорченным, и следующего приема пищи больной будет ожидать с обычным аппетитом, будучи совершенно поправившимся и полным сил. Это и есть истинное этиологическое лечение, описанное же ранее является таковым только в воображении врачей и вредно для больного.
Даже в случаях избыточного потребления неперевариваемой пищи никогда не требуются рвотные лекарства. В этих случаях природа сама в состоянии удалить её наилучшим способом через пищевод при помощи тошноты, слабости, спонтанной рвоты, и, иногда, - механического раздражения нёба и зева. Тем самым предотвращаются добавочные лекарственные эффекты рвотных средств; небольшое количество кофе ускоряет дальнейшее продвижение вниз по кишечнику того, что ещё осталось в желудке.
Однако, если в этих случаях перегрузки желудка спонтанная рвота вследствие пареза его мускулатуры оказывается невозможной и появляются сильнейшие боли в эпигастральной области, то рвотные средства вызовут лишь роковое воспаление кишечника, в то время как часто повторяемые небольшие дозы крепкого кофе восстановит сниженную раздражимость желудка и его способность удалить содержимое, сколь бы обильным оно не было, со рвотой или стулом. Таким образом, и в этих случаях так называемое каузальное лечение оказывается неуместным.
Также бесполезно удаление при помощи рвотных средств едкой желудочной кислоты, отрыгивание которой часто наблюдается у хронических больных, поскольку удаление сегодня, осуществляемое со значительными страданиями для больного, приведёт к тому, что завтра или несколькими днями позже, те же отрыжки возобновятся с ещё большей силой. В то же время эта кислота устранится сама собой после устранения динамической причины очень небольшой дозой высокого разведения серной кислоты, а ещё лучше, в случае частых рецидивов, назначением минимальных доз антипсорных лекарств, симптомы которых подобны остальным симптомам конкретного случая. Близки к описанному и другие случаи так называемою каузальною излечения, произведённые врачами старой школы, которые при помощи утомительных процедур, обременительных для них самих и вредных для пациентов, удаляли материальные продукты динамических расстройств. В то же время, если бы они выявили динамическую причину заболевания и устранили бы её и её продукты гомеопатически, то они осуществили бы тем самым рациональное исцеление.
6 Состояния, зависящие исключительно от псорного миазма, и легко излечиваемые щадящими (динамическими) противопсорными средствами без рвотных и слабительных.
7 Несмотря на то, что почти все болезненные кровотечения определяются динамическим расстройством жизненной силы (состояния здоровья), врачи старой школы считают их причиной избыток крови и не могут удержаться от кровопусканий, предпринимаемых для удаления огромного избытка этой жизненной жидкости. Очевидные вредные последствия этой процедуры, такие как истощение сил больного, тенденция к развитию или действительное развитие тифозного статуса, приписываются злокачественности болезни, которую они после этого часто и не могут преодолеть. Словом, даже в том случае, если пациент не выздоравливает, они воображают, что лечение осуществлялось в полном соответствии с их аксиомой causam tolle и что они, независимо от результата, сделали, как они обычно говорят, всё, что было в их силах для оказания помощи пациенту.
8 Хотя, вероятно, никогда не было и капли крови, лишней для живого человеческого тела, врачи старой школы считают воображаемый избыток крови основной материальной причиной кровотечений и воспалений, который они должны устранить при помощи венесекций, кровососных банок и пиявок. Это они считают рациональным лечением, каузальной терапией. В случаях общих воспалительных лихорадок или острого плеврита они даже считают, что коагулирующаяся лимфа крови - светлый слой кровяного сгустка, как он называется - является materia peccans, которую они пытаются, если это возможно, удалить повторными венесекциями, возобновляемыми несмотря на то, что с каждым разом этот слой становится толще и гуще. Тем самым, если воспалительная лихорадка не ослабевает, они вызывают практически смертельную кровопотерю своими попытками удалить этот светлый слой или воображаемую плетору. Они и не подозревают того, что воспалённая кровь является только продуктом острой лихорадки, болезненного, нематериального (динамического) воспалительного раздражения, и что последнее является единственной причиной выраженных нарушений в деятельности сосудистой системы и может быть устранено минимальными дозами гомогенетического (гомеопатического) лекарства как, например, маленькой глобулой с дециллионным разведением сока аконита, и воздержанием от растительных кислот таким образом, что самая жестокая плевритическая лихорадка со всеми характерными для неё тревожными симптомами будет излечена без сколь угодно малых кровопусканий и каких-либо жаропонижающих средств в течение нескольких, в крайнем случае, двадцати четырёх часов (в небольшом количестве выпущенной для проверки венозной крови не будут найдены даже следы светлой части кровяного сгустка). В те же время другой пациент, поражённый сходным образом, которого лечили в соответствии с рациональными принципами старой школы, если и останется в живых после повторных кровопусканий и невыразимых страданий, и не будет в скором времени после лечения окончательно подкошен (как это часто случается) брюшным тифом, лейкофлегмазией или лёгочной чахоткой, то часто должен будет потратить много месяцев для того, чтобы поставить на ноги своё измождённое тело.
Любой, кто нащупал спокойный пульс человека за час до озноба, всегда предшествующего развитию острого плеврита, не сможет сдержать своего удивления, когда двумя часами позже, в начале стадии жара, ему скажут, что чрезвычайное полнокровие у данного больного срочно требует повторных кровопусканий. Естественно, он будет недоумевать по поводу того что за волшебная сила влила за эти два часа фунты крови в сосуды, ещё два часа назад пульсировавшие так спокойно? Количество крови, циркулирующее в сосудах больного, не увеличилось и на драхму по сравнению с тем, что было два часа назад!
Поэтому аллопат при помощи своих венесекций не выпускает из сосудов больного, борющегося с острой лихорадкой, отягощающий его избыток крови (поскольку последнего не может быть), но похищает у него то, что необходимо для жизни и выздоровления - нормальное количество крови и жизненных сил - величайшая потеря, которую не в состоянии восстановить ни один врач! Врач тщетно воображает, что осуществляет лечение в соответствии со своей (неправильно понимаемой) аксиомой causam tolle в то время, как causa morbi не может заключаться в этом случае в избытке крови, которого просто нет, но единственно истинной causa morbi является болезненное динамическое воспалительное раздражение системы кровообращения, что подтверждается быстрым и безусловным излечением этого и каждого сходного случая общей воспалительной лихорадки одной или двумя невообразимо малыми дозами сока аконита, который гомеопатически устраняет это раздражение.
Равным образом заблуждается старая школа, следуя маниакальным идеям Бруссо и используя в лечении локальных воспалений местные кровопускания, особенно большое количество пиявок. Временное облегчение, которое на первых порах развивается при таком лечении, далеко от того. чтобы увенчаться быстрым и совершенным исцелением. Напротив, слабое и болезненное состояние органов (нередко всего тела) остается и после этого лечения, с очевидностью демонстрируя ошибочность объяснения локальных воспалений местной плеторой. А как прискорбны последствие этих кровопусканий! В то же время это чисто динамическое, несомненно, местное, воспалительное раздражение может быть быстро и безусловно устранено такой же малой дозой аконита или, в соответствии с обстоятельствами, белладонны, тем самым и вся болезнь будет уничтожена и излечена без неоправданного кровопролития.
9 Жизнь была поставлена под угрозу введением в вену небольшого количества чистой воды (Vide Муллен. цитирован Бирчем в "Истории Королевского общества").
Атмосферный воздух, введенный в кровеносные сосуды, вызвал смерть. (Vide J. M. Voigt, Magazin fuür den neuesten Zustand der Naturkunde, i, iii, S. 25.).
Даже инертные жидкости, введённые в вену, угрожают жизни. (Vide Autenreith, Physiologic, ii, § 784).
10 Восьмилетняя девочка из Глазго, укушенная бешеной собакой, была немедленно оперирована хирургом. Несмотря на полное удаление укушенного места, девочка заболела водобоязнью и погибла от неё в течение двух дней. (Med. Comment. of Edinb., Dec. 2, vol. ii, 1793).
11 Для того, чтобы объяснить большое количество гнилостной отвратительной материи и зловонных выделений, часто имеющих место при заболеваниях, а также для того, чтобы быть в состоянии представить их как материальную субстанцию, поддерживающую и вызывающую заболевание - хотя при развитии инфекции ничего, ощутимого в виде миазма, ничто материальное не может проникнуть в тело - обратились к гипотезе о том, что вещество инфекции, сколь бы малым оно не было, действует в теле, как фермент, вызывающий гниение жидкостей и превращающий их в подобный болезнетворный фермент, постоянно поддерживающий и усиливающий болезнь. Но какими же всемогущими и всеведущими очищающими потоками сможете вы очистить жидкости человеческого тела от этого постоянно воспроизводящего фермента, от этой массы воображаемой болезнетворной материи, и выполнить всё настолько совершенно, чтобы не оставить и мельчайшей частички патогенного фермента, которой, в соответствии с гипотезой, вполне достаточно для того, чтобы вызвать вновь загнивание жидкостей и образование болезнетворного вещества? Если бы это было так, то очевидно, что лечение болезней вашим способом оказалось бы невозможным! Смотрите, как все гипотезы, сколько бы изобретательно они не были составлены, не имеющие истинных оснований, оказываются совершенно абсурдными! Самый укоренившийся сифилис может быть излечен после устранения псоры, которой он часто осложняется, одной или двумя небольшими дозами в дециллион раз разведенного и потенцированного раствора ртути, в результате чего навсегда (динамически)! уничтожается и устраняется из жидкостей тела сифилитическая зараза.
12 Если бы это было так, то самый закоренелый насморк можно было бы вылечить тщательным сморканием и вытиранием носа.
13 В так называемых глистных заболеваниях кажется необходимым удаление глистов слабительными. Но эта необходимость - лишь кажущаяся. Несколько червей может быть найдено у некоторых детей, у многих есть аскариды. Но их присутствие всегда определяется общим загрязнением конституции (псорным), сочетающимся с нездоровым образом жизни. Исправьте последнее, вылечите гомеопатически, что особенно легко делается в этом возрасте, первое, и ни одного червя не останется, а излеченный таким образом ребёнок никогда больше не будет страдать глистами; в то же время после лечения слабительными, даже в сочетании с семенами полыни, глист появится вновь и в больших количествах.
"Ну, а как же ленточные черви? - мне кажется, я слышу чей-то возглас, - все усилия должны быть приложены ради изгнания этих чудовищ, созданных для мучений человечества".
Да, иногда, они изгоняются, но ценой каких страданий впоследствии и с какой угрозой для жизни! Я бы не хотел иметь на своей совести ни многие сотни человеческих жизней, принесенных в жертву ужасным сильнодействующим слабительным, направленным против ленточных червей, ни долгие годы нездоровья тех, кому удалось избежать печальной участи быть вычищенным до смерти. А как часто случается, что после всех этих разрушающих жизнь и здоровье очистительных процедур нередко растягивающихся на несколько лет, зверь не изгоняется, а если и изгоняется, то заводится вновь.
А что если нет и малейшей необходимости во всех этих неистовых, жестоких и опасных усилиях изгнать и убить червя?
Различные типы ленточных червей всегда обнаруживаются только в сочетании с псорным миазмом и всегда исчезают после его излечения. Но ещё до того, как завершится лечение, они живут - а пациент уже в это время наслаждается здоровьем - не собственно в кишках, но в остатках пищи, выделениях кишечника, как в своей естественной среде, совершенно спокойно, и находят в экскрементах все необходимое для своего питания, и соприкасаются со стенками кишечника, будучи совершенно безвредными. Однако если больной подвергнется любому острому заболеванию, то содержимое кишечника становится невыносимым для этого животного, оно начинает извиваться, приходит в соприкосновение с чувствительными стенками кишечника и раздражает их, вызывая характерные спазматические колики и заметно увеличивая страдания больного. (Так же и плод в матке становится беспокойным, ворочается и пинается только в случае заболевания матери; когда же она здорова, он спокойно плавает в своей естественной жидкости, не причиняя ей никаких страданий).
Нельзя не отметить того, что болезненные симптомы пациента, страдающего ленточными червями, обычно такого рода, что быстро облегчаются (гомеопатически) мельчайшими дозами настойки корня мужского папоротника; таким образом, нездоровье пациента, вызывающее беспокойство паразитирующего животного, на время устраняется; ленточный червь чувствует себя лучше и тихо живёт в выделениях кишечника, не причиняя страданий больному и не раздражая его кишечник, до тех пор, пока противопсорное лечение не продвинется достаточно далеко. Затем, после искоренения псоры, червь обнаруживает, что содержимое кишечника более неприемлемо для его питания и самопроизвольно навсегда исчезает из тела теперь уже излеченного пациента без каких бы то ни было очистительных (слабительных) лекарств.
14 Вместо того, чтобы быстро, без подтачивания сил больного и хождения вокруг да около, погасить болезнь гомогенетическим. динамическим лекарством, действующим непосредственно на поражённую точку тела, как это делает гомеопатия.
15 Как будто что-то нематериальное может быть удалено! Таким образом в этом случае также было представление о субстанции и болезнетворном веществе, хотя и чрезвычайно тонком, но, всё-таки, вероятно, присутствовавшем!
16 Это только наиболее лёгкие и острые болезни имеют тенденцию спокойно завершаться путём, как это принято называть рассасывания по прекращении естественного срока их течения независимо от того, использовались ли агрессивные аллопатические лекарства или нет. Жизненная сила вновь обретает способность восстановить состояние здоровья и исправить нарушенные функции. Но при тяжёлых острых и хронических заболеваниях, составляющих существенно большую часть человеческих болезней, и предоставленная самой себе природа, и старая школа одинаково бессильны. При этих болезнях ни пытающаяся помочь сама себе жизненная сила, ни имитирующая её аллопатия не могут добиться лизиса и достигают чаще всего лишь временного приглушения болезни, во время которого враг собирается с силами с тем, чтобы рано или поздно возобновить свои атаки с ещё большей яростью.
17 Это выражение выдаёт то, что они предполагают и воображают наличие болезнетворной субстанции, подлежащей растворению и выведению.
18 В обычной медицинской школе считалось, что усилия, предпринимаемые природой для освобождения организма от болезней в тех случаях, когда лекарства не использовались, могли быть наилучшими моделями для подражания. Но это было величайшей ошибкой. Жалкие и несовершенные усилия жизненной силы освободиться от острых болезней представляют собой зрелище, долженствующее возбудить наше сострадание и побудить все силы нашего рационального мышления прекратить эти вызванные ею самою страдания реальным лечением. Если природа не в состоянии излечить уже существующую болезнь гомеопатически, возбуждением нового подобного заболевания (§§ 43-46), что ей редко по силам (§ 50), и если организм должен в одиночку, своими собственными силами и без посторонней помощи, преодолеть вновь развившееся заболевание (в случаях хронических миазмов его силы сопротивления практически ничего не могут сделать), то мы видим лишь болезненные, часто опасные усилия природы спасти индивидуума любой ценой, часто приводящие к прекращению земного существования, смерти.
Сколь мало мы, смертные, знаем о процессах, протекающих внутри здорового организма, что должно быть скрыто от нас, так же как открыто глазу всевидящего Творца и Спасителя своих созданий - столь же мало можем мы понять процессы, происходящие внутри нашего организма при нарушениях естественного течения жизни, или болезнях. Внутренние процессы при заболеваниях проявляются только видимыми изменениями, жалобами и симптомами, исключительно посредством которых наш организм выдаёт внутренние нарушения. Таким образом, ни в одном случае мы не в состоянии решить, какой патологический симптом обусловлен первичным действием болезнетворного агента, а какой вызван направленной на самоисцеление реакцией жизненной силы. Те и другие путаются и смешиваются в наших глазах, представляя лишь отражённую внешнюю картину всего внутреннего заболевания, поскольку бесплодные усилия природы, предоставленной самой себе, прекратить страдания, сами вызывают новые муки для всего организма. Поэтому даже в так называемых кризисах, обычно производимых природой в конце скоротечных заболеваний, гораздо больше страдания, чем эффективной помощи.
Что и как делает природа в этих так называемых кризисах, остаётся для нас тайной, как и все внутренние процессы, протекающие в нашем живом организме. Одно совершенно ясно: все эти усилия разрушают большую или меньшую часть поражённого органа и приносят его в жертву ради спасения всего остального. Эти действия жизненной силы, направленные на самостоятельное излечение острого заболевания, производятся лишь в соответствии с законами органической жизни, не управляются мыслью и интеллектом и являются ничем иным, как разновидностью аллопатии. Для оказания помощи первично пораженному органу при помощи кризиса стимулируется дополнительная, часто избыточная активность экскреторных органов, для удаления заболевания от первого к последним, возбуждаются рвота, понос, диурез, потоотделение, абсцедирование и т. п. для того, чтобы раздражением удалённых частей вызнать род отвлечения от первично поражённого органа, и кажется, что динамически поражённая нервная сила освобождается от этих материальных продуктов.
Только путем разрушения и принесения в жертву части самого организма может лишённая помощи природа спасти пациента от острого заболевания, и, если смерть не последует, восстановить, хотя медленно и несовершенно, гармонию жизни - здоровье.
Выраженная слабость органов, перенесших заболевание, и даже всего тела, истощение и т. п. остающиеся после спонтанных излечений, убедительно подтверждают вышесказанное.
Короче говоря, все направленные на самолечение усилия природы при столкновении её с болезнями представляются наблюдателю ни чем иным как страданием и не содержат в себе ничего, чему он мог бы или должен был бы подражать, если бы хотел лечить болезни действительно искусно.
19 Ежедневный опыт демонстрирует прискорбные последствия этого манёвра при лечении хронических болезней. Достигается всё, что угодно, но только не излечение. Кто рискнёт говорить о победе тогда, когда вместо фронтальной атаки противника и рукопашной схватки, уничтожающей его и немедленно пресекающей дальнейшие попытки вражеского нападения, мы трусливо действуем за его спиной, налагая на всё запреты, перерезая его источники снабжения, выжигая всё на большом расстоянии вокруг? Действуя таким образом, мы, в конце концов, лишим его храбрости, необходимой для сопротивления, но не достигнем цели, поскольку враг ещё далеко не уничтожен, он все ещё на месте и вновь, ещё более озлобленный чем ранее, поднимет голову как только восстановятся источники снабжения. Враг, я повторяю, далёк от поражения, а бедная, ни в чем не повинная страна настолько сильно пострадала от разрушений, что не скоро сможет восстановить свои силы. Сходным образом действует аллопатия при хронических болезнях, когда непрямыми атаками на непоражённые части тела, удалённые от первичного очага болезни, разрушает организм вместо того, чтобы добиваться излечения. Таков результат этих травматических мероприятий!
20 К каким хорошим результатам могут привести эти зловонные искусственные язвы, получившие модное наименование выпускников? Если даже в течение первой недели или двух недель, пока они все ещё вызывают боль, они и могут, более или менее, благодаря своему антагонистическому воздействию, тормозить развитие болезни, то впоследствии, когда организм привыкнет к боли, они будут лишь истощать больного и увеличивать объём хронического поражения. Или кто-нибудь в девятнадцатом столетии воображает, что они служат отверстиями для удаления materia peccans? Это почти произошло бы, если бы только могло быть!
21 Так же неэффективны искусственно вызванные очищения.
22 Естественные последствия такого отражения местных симптомов расцениваются аллопатами как новые заболевания совершенно иной природы.
23 Нередко старая школа позволяет себе нечто совершенно противоположное. Так, когда усилия жизненной силы ослабить внутреннее заболевание очищениями и вызыванием местных симптомов на поверхности тела, становятся слишком беспокоящими, они капризно подавляют их при помощи отражающих и отгоняющих; они притупляют хронические боли, бессонницу и упорные поносы опасными дозами опиума, рвоты - шипучими солевыми растворами, зловонный пот стоп - холодными ножными ваннами и вяжущими аппликациями, кожные сыпи - препаратами свинца и цинка; они подавляют маточные кровотечения инъекциями уксуса, пот лица - квасцами, ночные поллюции - камфарой, частые приливы жара к телу и лицу - селитрой, растительными кислотами и серной кислотой, носовые кровотечения - закрытием ноздрей тампонами из корпии, смоченными вяжущими жидкостями; они высушивают мокнущие или гноящиеся язвы голеней, возникшие благодаря усилиям жизненной силы облегчить серьёзное внутреннее заболевание, при помощи оксидов свинца и цинка и т. д. с теми прискорбными результатами, которые опыт демонстрирует в тысячах случаев.
Устно и письменно врачи старой школы хвастливо именуют своё лечение рациональным, исследуют причины болезней для того, чтобы всегда добиваться радикального излечения. Однако на деле их лечение оказывается направленным лишь на изолированные симптомы и всегда сопровождается вредными для пациента последствиями.
24 Этот метод является, строго говоря, энантиопатическим, и я ещё вернусь к нему в тексте "Органона" (§ 59).
25 У страдающих тугоухостью удавалось получать временное улучшение слуха при помощи умеренных разрядов гальванической батареи аптекаря из Йевера, но улучшение длилось лишь несколько часов - эти умеренные разряды теряли свою силу. Для достижения тех же результатов он вынужден был увеличивать силу разрядов до тех пор, пока и они не утрачивали своего действия. Сильнейшие разряды улучшали на короткое время слух пациента, но в конце концов оставляли его совершенно глухим.
26 И тем не менее, Гуфеланд, вождь этой старой школы (v. Homoöоpathie, S. 22) с большим удовлетворением расхваливает применение дигиталиса в подобных случаях следующими словами: "Никто не сможет отрицать (опыт с несомненностью делает это) что слишком высокая скорость кровообращения может быть устранена (?) при помощи дигиталиса". Навсегда устранена? и при помощи героических доз энантиопатического средства? Бедный Гуфеланд!
27 Который Гуфеланд в своём памфлете "Die Homoöopathie", стр. 20 тщетно пытается приспособить к своему старому псевдоискусству. Так как хорошо известно, что 2500-летняя аллопатия до выхода в свет моей книги ("Хронические болезни") не знала ничего о происхождении наиболее длительных болезней (псора), то могла ли она приписать не ложный источник (genesis) этим болезням?
28 Смотрите эссе в первом томе "Materia Medica Pura" ("Чистое лекарствоведение", английское издание), "Источники общей Materia Medica".
29 Абсурдность лекарственных смесей понятна даже представителям старой медицинской школы. Тем не менее, они продолжают, вопреки собственным убеждениям, придерживаться этого небрежного метода лечения. Так, Миркус Герц (в Hufeland's Journal, ii, стр. 33) следующими словами описывает уколы совести, переживаемые им: "Если мы хотим устранить воспаление, то не используем что-нибудь одно: либо селитру, либо нашатырь, либо растительные кислоты, но смешиваем обычно несколько, и часто слишком много, так называемых противовоспалительных средств, или назначаем их одно за другим через небольшие интервалы времени. Когда нам предстоит устранить нагноение, мы не довольствуемся назначением для достижения нашей цели больших доз одного из известных антисептиков, таких, как кора хинного дерева, минеральные кислоты, арника, и т. д., но предпочитаем назначить несколько из них вместе и рассчитываем на их совместное действие; или же, из-за отсутствия уверенности в том, действие какого лекарства наиболее всего подходит в конкретном случае, мы смешиваем вместе большое число разнообразных веществ и практически оставляем на волю случая достижение желаемого эффекта одним из них. Поэтому мы редко добиваемся потоотделения, очищения крови (?), преодоления закупорок (?), улучшения отхаркивания и даже удаления primae viae при помощи одного средства; наши прописи в этих случаях всегда сложны и почти никогда не бывают простыми и ясными. Следовательно, таковыми не бывают и наши наблюдения за действием каждого отдельного вещества, включенного в пропись. Для того, чтобы обрести уверенность, мы научно присваиваем определенные ранги местоположению каждого лекарства в рецепте. Одному из них, эффекту которого мы приписываем основное действие прописи, присваивается наименование основного (basis), другие мы называем помогающими и поддерживающими (adjuvantia), корригирующими (corrigentia) и т. д. Однако очевидно, что эта классификация практически абсолютно произвольна. Помогающие и поддерживающие средства так же много значат для суммарного действия прописи, как и главный ингредиент, хотя из-за недостаточной стандартизации мы не можем определить степень участия каждого из них в достижении общего результата. Сходным образом влияние корригирующих средств на эффективность действия других ингредиентов не может быть совершенно безразличным; они должны усиливать или ослаблять их действие, или же придавать ему совершенно иную направленность. Поэтому мы всегда должны считать спасительные (?) перемены, которых мы добиваемся при помощи таких прописей, результатом совместного действия всех ингредиентов, и никогда не можем извлечь из такого действия чистого опыта об эффективности каждого отдельного средства из числа составляющих рецепт. В действительности наши знания всего того, что необходимо знать о лекарствах и о сотнях способов разнообразных взаимодействий между ними при смешивании, слишком малы для того, чтобы полагаясь на них, можно было с уверенностью говорить о степени и масштабах действия, самого, казалось бы, малозначащего вещества при его введении в человеческий организм в смеем с другими средствами".
30 Поскольку истина так же вечна, как и всеведущий великодушный Господь, она может долгое время скрываться от глаз человека, пока не настанет время, предначертанное Провидением, и тогда лучи её непреодолимым потоком рассеют облака предрассудков и возвестят рассвет нового дня, который просияет ярким и несказанным светом на благо человечества.
31 Так, они воображают, что могут изгнать из-под кожи застаивающуюся там после озноба потообразующую материю, назначив в стадии озноба при катаральной лихорадке настой цветов бузины. Последние способны устранить такую лихорадку благодаря подобию своего действия (гомеопатически) быстро и эффективно и добиться результата, не вызывая потоотделения, но только в том случае, если врач назначит небольшие дозы настоя и ничего не добавит сверх этого. К твердым, острым опухолям, интенсивные воспалительные процессы в которых не дают развиться нагноению и вызывают невыносимые боли, они прикладывают очень горячие и часто обновляемые припарки, в результате чего (смотри!) воспаление и боли быстро уменьшаются, и столь же быстро формируется абсцесс, узнаваемый легко по желтоватому блестящему возвышению и ощущаемому при пальпации размягчению. В этом случае они полагают, что твёрдое затвердение было размягчено влагой припарок, в то время как избыточное воспаление было гомеопатически подавлено, главным образом, благодаря ещё большему жару припарок, таким образом, что могло, наконец, развиться нагноение. Почему они с успехом применяют при офтальмии бальзам св. Ива, главным ингредиентом которого является красный оксид ртути, если и способный что-либо вызвать, то именно воспаление глаз? Или почему бы небольшое количество сока петрушки столь очевидно помогало в случаях (не таких уж редких) сильно беспокоящих, часто неэффективных усилий маленьких детей помочиться, а также при обычной гонорее, хорошо известной своими болезненными, частыми и безрезультатными позывами на мочу, если бы свежий сок этого растения не обладал бы силой вызывать у здоровых людей такие же болезненные и бесплодные позывы и, следовательно, излечивать их гомеопатически? Не осознавая гомеопатического закона исцеления, они при помощи корня очного цвета, вызывающего резкое усиление секреции слизи в бронхах и зеве, успешно лечили так называемую слизистую ангину, и подавляли некоторые вилы маточных кровотечений при помощи листьев сабины, которые сами способны вызвать метроррагию. В случаях непроходимости кишечника, в том числе при ущемлении грыжи, многие врачи находили, что отличным и наиболее верным лекарством являются небольшие дозы опиума, известного своим крепящим действием. При этом они были далеки от мысли, что эти случаи служат примерами эффективности гомеопатического закона исцеления. Они лечили невенерические язвы зева небольшими дозами ртути, являющейся гомеопатичной этим состояниям, останавливали некоторые виды поноса малыми дозами послабляющего ревеня, лечили водобоязнь белладонной, вызывающей сходное состояние, и, словно по волшебству, выводили больного из опасных коматозных состояний при острых лихорадках небольшими дозами согревающего, одурманивающего опиума. И, тем не менее, они отрицали гомеопатию и преследовали её с таким бешенством, которое могло развиться лишь в неспособных к совершенствованию сердцах от уколов нечистой совести.
32 Именно на таких примерах домашней медицины из практики основал м-р М. Люкс так называемый метод лечения идентичными средствами (idem), который он именует Изопатией, и некоторые эксцентрические особы уже успели объявить его высшей степенью (non plus ultra) терапевтического метода, не зная, впрочем, с чего они это взяли.
Однако, если мы внимательно рассмотрим предлагаемые примеры, то увидим, что они не оправдывают этих взглядов. Чисто физические силы отличаются по природе своего воздействия на человеческий организм от динамических лекарственных сил.
Тепло и холод окружающего воздуха, или воды, питья или пищи не представляют (как жар и холод) сами по себе абсолютной угрозы здоровому телу; чередование тепла и холода существенно необходимо для поддержания здоровой жизни; следовательно, сами по себе они не являются лекарствами. Тепло и холод действуют поэтому при поражениях человеческого тела как целебные агенты не вследствие своей сущности (то есть не как тепло или холод per se, не как факторы, патогенные сами по себе, каковыми являются лекарства, ревень, хина и т. д. даже в мельчайших дозировках), но только вследствие большего или меньшего своего количества, то есть в зависимости от степени их нагрева или снижения температуры, так же как (чтобы взять пример из области действия собственно физических сил) большой кусок свинца больно расшибёт мою руку не вследствие его внутренней сущности как свинца, то есть не вследствие того, что он является свинцом как таковым, так как тонкая свинцовая пластинка ни причинит ни малейшего вреда, но вследствие своего количества, вследствие большого веса.
Так мы обнаруживаем, что в этих примерах успешного применения домашних средств, положительные результаты были достигнуты не вследствие длительного выдерживания конечности в той же температуре, что вызвала отморожение, и что было бы изопатическим лечением (оно привело бы только к омертвению конечности), но вследствие использования такой минусовой температуры, которая лишь приближалась (гомеопатия) к вызвавшей отморожение и постепенно повышалась до температуры комфорта, так как замерзшие листья кислой капусты, приложенные в комнатной температуре к отмороженной руке, постепенно нагревались от 32 до 33 град. по Фаренгейту до комнатной температуры, то есть, скорее всего, лишь до 55 градусов, и, таким образом, конечность излечивалась при помощи физической гомеопатии. Сходным образом рука, обваренная кипятком, не может быть излечена изопатически прикладыванием кипящей воды. Излечения можно добиться только при использовании несколько меньших температур, например, при погружении руки в сосуд с жидкостью, нагретой до 160 град. и постепенно охлаждаемой до комнатной температуры, что позволит обваренному участку восстановиться гомеопатически. С помощью замерзшей воды нельзя добиться оттаивания картофеля или яблок, для этой цели пригодна лишь вода, температура которой близка к точке замерзания.
Так, (чтобы продолжить пример из области физического воздействия) боль и опухоль вследствие удара твёрдым телом по лбу вскоре уменьшатся гомеопатически, если ушибленное место придавить возвышением большого пальца на определенное время, поначалу сильно, а затем постепенно ослабляя давление, но ни в коем случае не с силой, равной силе удара, что лишь изопатически усугубляет страдания.
Примеры изопатических излечений, приведённые в книге, - мышечные спазмы у человека и спинальный паралич у собаки, вызванные охлаждением и излеченные холодными ваннами, - ошибочно относится к изопатии. То, что названо страданиями вследствие охлаждения, лишь номинально связано с холодом и часто развивается у предрасположенных субъектов даже от дуновения воздуха, который может вовсе и не быть холодным. Более того, многогранное воздействие холодной ванны на живой организм, в здоровом состоянии и при болезни не может быть сведено к этой простой формуле для того, чтобы оправдать построение столь претенциозной системы! Содержащиеся в этой же книге утверждения о том, что змеиные укусы наверняка излечиваются кусочками змеи, должны считаться сказками прошлых времён до тех пор, пока эти голословные заявления не будут недвусмысленно подтверждены наблюдениями и опытом, чего, конечно же, никогда не будет. Наконец, ссылки автора книги на то, что человек, страдающий водобоязнью (в России), был, как говорят, излечен слюной бешеной собаки - тем более это самое "говорят" никогда не заставит никого из здравомыслящих врачей повторить этот опасный эксперимент или разработать так называемую изопатическую систему, столь опасную и так мало правдоподобную при широком применении, как это было сделано (нечестным автором памфлета, озаглавленного "Изопатическое лечение заразных болезней": Leipzig: Kollmann), но его эксцентрическими сторонниками, особенно д-ром Гроссом (v. Alg. hom. Ztg., ii, p. 72), который превозносит свою изопатию (aequalia aequalibus) как единственно верный терапевтический метод. Он ничего не видит в правиле similia similibus и без сожаления поступается им ради вышеназванного, поступая довольно неблагодарно, так как всей своей славой и удачей целиком обязан similia similibus.
33 Также и Фернелиус (Therap., lib. vl, cap. 20) считает наилучшим лечением ожогов их приближение к огню, позволяющему устранить боль. Джон Хантер ("О крови, воспалении" и т. д., стр. 218) указывает на значительный вред от лечения ожогов холодной водой и отдаёт решительное предпочтение выдерживанию их у огня, руководствуясь при этом не традиционными медицинскими доктринами, предписывающими (contraria contraiis) холодные аппликации при воспалениях, но данными опыта, который учит тому, что прикладывание подобного тепла (similia similibus) является наиболее благотворным.
34 Сиденгам (Opera, р. 271 [edit. Syd. Soc., p. 601]) говорит, что часто прикладываемый винный спирт предпочтительнее всех других лекарств при ожогах. Бенджамин Белл также ("Система хирургии", 3-е изд., 1789) признает, что опыт показывает эффективность только гомеопатических лекарств. Он говорит: "Одной из лучших примочек при любом ожоге такого рода будет крепкий бренди или какой-либо другой спиртной напиток. Кажется, что на мгновение он усиливает боль (см. ниже, № 157), но она вскоре стихает и сменяется приятным чувством успокоения. Он оказывается наиболее эффективным в тех случаях, когда обожжённую поверхность погружают в него целиком. Если же это оказывается невозможным; то следует постоянно увлажнять обожжённую поверхность смоченными в спирте кусочками льняного полотна". К этому я могу добавить, что действие нагретого, а на самом деле сильно нагретого спирта оказывается гораздо более быстрым и эффективным, поскольку в нагретом виде он становится гораздо более гомеопатичным. И все опыты подтверждают это наиболее удивительным образом.
35 Эдвард Кентиш, которому приходится лечить рабочих угольных шахт, так часто получающих ужасные ожоги при взрывах рудничного газа, использует в качестве наилучших лекарств при наиболее обширных и тяжелых ожогах аппликации с нагретым скипидарным маслом или спиртом ("Второе эссе об ожогах", 1798). Никакое другое лечение не может быть ни более гомеопатичным, ни более эффективным.
Почтенный и опытный Гайстер (Institut. Chirurg., v. I, p. 33) подтверждает это исходя из своего собственного опыта и превозносит прикладывание скипидарного масла, спирта или просто горячие аппликации, так сильно нагретые, что их едва можно было терпеть.
Однако отрадное превосходство прикладывания к ожогам лекарств, обделяющих силой вызывать ощущения жжения и жара (следовательно, гомеопатических), над паллиативными охлаждающими средствами особенно неопровержимо подтверждается чистым экспериментом по сравнению эффективности двух противоположных методов при лечении одинаково тяжелых ожогов на одном и том же теле.
Так, Бенджамин Белл (в Kuhn's Phys. Med. Journal, Leipzig, 1801, Jun. p. 428) в случае, когда некая леди обварила обе руки, смазал одну из них скипидарным маслом, а другую заставил погрузить в холодную воду. Рана на первой руке зажила уже через полчаса, в то время как вторая болела ещё шесть часов, после извлечения руки из воды боль заметно усилилась, и для излечения потребовалось существенно большее время.
Джон Андерсон (Kentish, op. cit., p. 43) лечил сходным образом некую леди, обварившуюся топлёным жиром. "Её обожженное лицо, очень красное и чрезвычайно болезненное, через несколько минут после происшествия было смазано скипидарным маслом, руки же она, по своему собственному разумению, погрузила в холодную воду, надеясь таким образом излечить их за несколько часов. Через семь часов её лицо выглядело уже гораздо лучше, и боль утихла. Она беспрестанно меняла холодную воду, в которую были погружены руки, и каждый раз при вынимании их из воды, жаловалась на возрастающую боль, и, действительно, воспаление усилилось. На следующее утро я узнал, что всю ночь она страдала от сильных болей в руках, воспаление же распространилось выше локтей, сформировалось несколько больших пузырей, и толстые струпья покрыли предплечье и кисть. Только после этого были применены теплые аппликации. Лицо было совершенно безболезненно, а руки пришлось лечить смягчающими аппликациями в течение еще двух недель".
Кто же не увидит в этих примерах подтверждения окончательного превосходства (гомеопатического) лечения при помощи средств подобного действия над жалким лечением уже отжившей своё обычной медицинской школы, осуществляемым при помощи противодействующих средств (contraria contrariis)!
36 Джон Хантер (lос. cit.) не только указывает на значительный вред от лечения ожогов холодной водой. У. Фабрициус из Хильдена (De Combustionibus libellus, Basil, 1607, cap. 5, p. 11) утверждает, что холодные аппликации при ожогах чрезвычайно вредны и грозят самыми серьезными осложнениями; ими вызываются воспаления, нагноения и иногда даже некрозы.
37 Циммерман (Über die Erfahrung, ii, p. 318) сообщает, что жители жарких стран используют тот же метод и с наилучшими результатами, немного выпивая при перегревании чего-нибудь спиртного.
38 Я не привожу соответствующих цитат из сочинений авторов, предчувствовавших гомеопатический метод лечения на основании лишь опытных данных, в то время как он прочно основывается на своих собственных достоинствах. Однако мне хотелось бы также избежать обвинений в замалчивании этих работ с целью приписать самому себе приоритет в высказывании этой идеи.
39 Basil. Froben, 1538, р. 72.
40 Mémoirs de l'Académie Royale, 1710
41 Eph. Nat. Cur. cent., X. obs. 76
42 Medicin, Electrisitat, II, стр. 15 и 282.
43 Mémoir de l'Académie de Caen.
44 Libell. de Stram., стр. 8
45 B. Jo. Hamelii "Commentatio de Arthritide tam tartarea, quam scorbutica, seu podagra et scorbuto", Budingae, 1738, VIII, pp. 40-42.
ПРИМЕЧАНИЯ К "ОРГАНОНУ"
1 Его задачей не должно быть создание так называемых систем, сотканных из пустых спекуляций и предположений о внутренней сущности жизненного процесса и способе возникновения болезней в невидимых недрах организма (на что многие врачи до сих пор, движимые амбициями и честолюбием, растрачивают свои таланты и время). Задачей врача также не может быть придумывание бесчисленных объяснений болезненных явлений и их вероятных причин (которые навсегда должны остаться скрытыми от нас), и врач не может, в то время как страждущее человечество тщетно взывает о помощи, пытаться поразить воображение невежд, придав своим догадкам запутанными, туманными и абстрактными выражениями вид сверхучёности. Мы располагаем более чем достаточным количеством этих ученых фантазий (которым было присвоено наименование теоретической медицины и ради которых создаются новые профессорские кафедры), и теперь пришло самое время всем тем, кто называет себя врачами, прекратить, наконец, обманывать страждущее человечество пустыми разговорами и начать вместо этого действовать, то есть реально помогать и лечить.
2 Я не понимаю поэтому, как могут врачи у постели больного предполагать, что, отказавшись от тщательного анализа симптомов как единственного ориентира при лечении, они должны пытаться обнаруживать лечебные показания где-то в скрытых и неизвестных недрах организма; при этом они высокомерно и нелепо претендуют на то, что, пренебрегая симптомами, они действительно обнаруживают изменения внутри организма и могут устранять их (неизвестными!) лекарствами. Они утверждают также, что только такое лечение может именоваться радикальным и рациональным.
Разве не то, что проявляет болезнь своими доступными чувствам патологическими симптомами, является в глазах врача самим заболеванием, тем более, что он никогда не сможет увидеть духовную сущность, вызывающую болезни, жизненную силу? Ему не столько необходимо увидеть её, сколько составить верное представление о её патологических проявлениях для того, чтобы получить возможность вылечить заболевание. Что же ещё хочет обнаружить старая школа в скрытых недрах организма в качестве prima causa morbi, отвергая при этом и высокомерно презирая как объект лечебного воздействия те ощутимые и явные признаки заболевания, симптомы, которые так ясно предлагают себя нашему вниманию? Что же ещё, кроме этих симптомов, они собираются излечивать?
3 He нужно говорить, что каждый разумный врач прежде всего попытается её устранить, если таковая вообще существует; расстройство в этом случае исчезнет само собой. Он вынесёт из комнаты сильно пахнущие цветы, вызывающие обмороки и истерические жалобы; удалит из роговицы инородное тело, вызвавшее воспаление глаза; ослабит тугую повязку, грозящую привести к некрозу раненой конечности и заменит её более подходящей: выделит и перевяжет раненую артерию, предотвратив развитие шока; попытается рвотными средствами удалить проглоченные ягоды красавки; удалит инородное тело из какого либо отверстия тела (носа, пищевода, ушей, мочеиспускательного канала, прямой кишки, влагалища); раздробит камни мочевого пузыря; вскроет заращенный задний проход новорожденного и т. д.
4 Во все времена врачи старой школы, не зная, чем ещё они могут помочь, думали преодолеть и, если возможно, подавить лекарствами единственный из множества болезненных симптомов. Эти однобокие мероприятия, именуемые симптоматическим лечением, справедливо заслужили всеобщее презрение, так как не только не позволяли достичь каких-либо полезных результатов, но и приносили много вреда. Единичный симптом в такой же степени является всем заболеванием, в какой нога - человеком. Эти мероприятия были тем более достойны порицания, что такой единичный симптом обычно лечился антагонистическим средством (тем более, что лишь энантиопатическим и паллиативным способом), и за незначительным улучшением наступало выраженное обострение.
5 Если больной излечивается от своей болезни настоящим врачом таким образом, что не остаётся никаких патологических симптомов и даже следа заболевания и окончательно восстанавливаются все признаки здоровья, то как в таком случае можно утверждать, не рискуя при этом впасть в вопиющее противоречие со здравым смыслом, что всё телесное заболевание этого индивидуума сохраняется где-то в недрах организма? И, тем не менее, глава старой школы, Гуфеланд, утверждает это следующими словами: "Гомеопатия может устранить симптомы, но заболевание остается". (Vide Homöopathie, S. 27, I, 19). Он делает это отчасти будучи пристыженным благотворными для человечества достижениями гомеопатии, отчасти из-за того, что всё ещё придерживается сугубо материалистических представлений о сущности болезни, которую он ещё не может осознать как состояние организма, динамически изменённого болезненно поражённой жизненной силой, как изменённое состояние здоровья. Напротив, он представляет болезнь как нечто материальное, и думает, что по завершении лечения она может в скрытом виде остаться где-то в глубинных уголках организма с тем, чтобы однажды, в период цветущего здоровья, вырваться на свет, к своему удовольствию, во всём материальном великолепии! Настолько потрясающа всё ещё слепота старой патологии! Нe удивительно, что она только и может, что создать терапевтическую систему, занятую исключительно вычищением и выскребанием бедного пациента.
6 Oн мёртв и подвержен теперь лишь силам внешнего физического мира, он разрушается и вновь распадается на химические составляющие.
7 Что такое динамическое влияние - динамическая сила? Наша Земля, благодаря скрытой невидимой энергии, заставляет луну обращаться вокруг себя за двадцать восемь дней и несколько часов, и луна, в свою очередь, в строго определённые часы (с учетом известных различий, связанных с убыванием и нарастанием луны) вызывают приливы и отливы наших северных морей. Очевидно, что всё это обусловлено не какими-то материальными агентами или механическими приспособлениями наподобие тех, которые использует человек в своей деятельности. Сходным образом, мы видим вокруг себя многочисленные события, обусловленные действием одного вещества на другое, при которых нe удаётся обнаружить ощутимую связь между причиной и следствием. Только человек образованный, искушённый в сравнении и дедукции, может сам для себя сформулировать нечто вроде сверхчувственной концепции, достаточной для того, чтобы удержаться от механических или материалистических объяснений. Он называет такие эффекты динамическими, являющимися, по существу, результатом влияния абсолютной, специфической, чистой энергии веществ и обусловленным ею их воздействием друг на друга.
Так, например, динамическое влияние болезнетворных факторов на здорового человека, так же как и восстанавливающее здоровье динамическое воздействие лекарств на жизненный принцип, являются ни чем иным как инфекцией, то есть никоим образом чем-то материальным или механическим. Также и энергия магнита, притягивающего кусочки железа или стали, не является чем-то материальным или механическим. Можно видеть, что кусочки железа или стали притягиваются к одному из полюсов магнита, но как это делается, увидеть не удаётся. Эта невидимая энергия магнита не нуждается в каких-либо дополнительных механических (материальных) приспособлениях, крючках или рычагах, для того, чтобы притягивать железо. Магнит притягивает к себе кусочки железа и действует на стальную иглу при помощи сугубо нематериальной, невидимой, умозрительной, присущей ему энергии, то есть динамически, и магнитная энергия так же невидимо (динамически) достигает стальной иглы. Стальная игла сама намагничивается даже на определённом расстоянии от магнита, то есть не соприкасаясь с ним, и намагничивает другие стальные иглы, сообщая им (динамически) те же магнитные свойства, что и полученные ею ранее от куска магнитной руды. Точно так же ребёнок, больной оспой или корью, не прикасаясь к другому здоровому малышу, невидимым образом (динамически) передает ему оспу или корь, то есть заражает его на расстоянии, без того, чтобы нечто материальное могло перейти от него к инфицируемому. Сугубо специфическое, нематериальное воздействие передает малышу оспу или корь точно так же, как магнит передает стальной игле магнитные свойства.
Сходным образом следует расценивать и влияние лекарств на человека. Вещества, которые используются как лекарства, постольку являются лекарствами, поскольку обладают каждое своей собственной специфической энергией изменять состояние человека посредством динамического, духовного, опосредуемого чувствительными нервными волокнами влияния на духовный, управляющий функциями организма, жизненный принцип. Лечебные эффекты этих материальных субстанций, которые мы зовём лекарствами, определяются только их способностью вызывать изменения в здоровом течении животной жизни. Только от этого духовного динамического жизненного принципа зависит способность лекарств изменять состояние здоровья, их духовное (динамическое) влияние. Точно так же, как полюс магнита может сообщить расположенной неподалеку стальной игле (в результате своего рода инфицирования) лишь магнитные свойства, но не какие-либо иные (как, например, твёрдость, ковкость и т. п.), так же и каждое лекарственное вещество изменяет при помощи своеобразного инфицирования здоровье человека только одному ему присущим образом, и не воспроизводит действий другого лекарства. Оно делает это так же верно, как поражённый оспой ребёнок передает другому малышу именно оспу, а не какое-либо другое заболевание, например, корь. Эти лекарства действуют на наше здоровье без передачи организму своих материальных частиц, то есть динамически, наподобие инфекции. Существенно большая, по сравнению с действием больших доз лекарств, целебная энергия проявляется в случае применения мельчайшей дозы наилучшим образом динамизированного лекарства, в которой, согласно вычислениям, содержится столь малое количество материального вещества, что оно в своей ничтожности не может быть постигнуто лучшими математическими умами. Эта мельчайшая доза может содержать поэтому лишь только чистую, свободно развитую, духовную лекарственную энергию и исключительно динамически вызывает такие выраженные результаты, которые никогда не могут быть достигнуты большими дозами грубых лекарственных веществ.
Наличие целебной энергии не может быть связано ни с атомами высокодинамизированного лекарства, ни с физическими или математическими особенностями строения их поверхностей (при помощи которых многие тщетно пытаются объяснить увеличение энергии при динамизации, так как основываются при этом на слишком материалистической точке зрения). Скорее всего, в растворах лекарств или их увлажнённых крупинках невидимо присутствует раскрытая, освобождённая специфическая целебная сила, которая динамически действует на весь организм при контакте с его живыми нервными волокнами (не передавая им, однако, ничего материального, сколь бы значительно не было разведено лекарство), и действие это тем более выражено, чем раскрепощённее и свободнее от материальных оков становится энергия в процессе динамизации.
Неужели в наш век, прославленный множеством ясных умов, настолько невозможно допустить на основании ежедневно наблюдаемых и не поддающихся никакому другому объяснению явлений, существование динамической энергии как чего-то нетелесного? Неужели в том случае, если у кого-либо возникнет позыв к рвоте при виде чего нибудь тошнотворного, можно утверждать, что в его желудок пинало некое материальное рвотное средство, вызвавшее антиперистальтическое движение? Не является ли это просто динамическим воздействием указанного тошнотворного фактора на воображение? И если кто-то поднимает руку, разве это происходи при посредстве некоего материального видимого приспособления? (рычага?) Может быть, просто духовная динамическая энергия его воли заставляет руку подниматься?
8 Нет никакой практической пользы для врача знать то, как жизненная сила вынуждает организм проявить те ли иные патологические феномены, то есть то, как она вызывает болезни, и это останется навсегда скрытым от него. Бог открыл чувствам врача лишь то, что необходимо знать о болезнях и то, что ему вполне достаточно для их лечения.
9 Самые серьёзные заболевания могут быть вызваны достаточно сильным действием воображения на жизненную силу и излечены тем же средством.
10 Тревожный сон, суеверная фантазия, мрачное предсказание смерти в определённый день и час нередко вызывали все признаки начинающегося и прогрессирующего заболевания, приближающейся смерти и самой смерти, наконец, наступающей в предсказанный час, что не могло бы произойти без одновременного развития внутреннего изменении (соответствующего внешним проявлениям); в таких случаях все патологические признаки, указывающие на приближение смерти, часто исчезали от идентичной причины, когда хитрой уловкой или убеждением удавалось рассеять пагубные предчувствия и возбудить веру в благополучный исход болезни. Здоровье при этом восстанавливалось моментально, что не могло бы быть без устранения при помощи такого нравственного лекарства как внутренних, так и внешних патологических изменений, угрожающих смертью.
11 Только так, то есть показав врачу, что нужно устранять в болезнях для их уничтожения и восстановления здоровья, мог Бог, Спаситель человечества, проявить Свою мудрость и великодушие в деле лечения заболеваний человеческого рода. Но что же должны были бы мы думать о Его мудрости, и великодушии, если бы Он в таинственной темноте укрыл всё то, что при болезнях подлежит лечению (как это утверждается господствующей медицинской школой, делающей вид, что она обладает сверхчувственным проникновением во внутреннюю природу вещей), и затворил бы всё это в скрытых недрах организма, сделав тем самым невозможным для человека точное знание о болезни а, следовательно, и её лечение?
12 Другим возможным, помимо этих двух, методом применения лекарств является аллопатический метод, при котором используются лекарства, не имеющие непосредственного патологического отношения к болезненному состоянию. Они не являются ни подобными, ни противоположными и совершенно гетерогенны симптомам заболевания. Врач, использующий этот метод, ведёт, как я уже показывал, безответственную, губительную игру с жизнью больного, применяя опасные сильнодействующие лекарства, действие которых неизвестно, которые выбраны на основе догадок и назначаются в больших и часто повторяющихся дозах. Наконец, вред этого метода обусловлен болезненными операциями, направленными на отвлечение болезни к другим областям тела и расточающими силы и жизненные соки больного посредством рвотных и слабительных, возбуждения слюно- или потоотделения, но особенно он вреден из-за разбазаривания невозместимой крови. Всё это принято в господствующей рутинной системе лечения, применяемой слепо и безжалостно, обычно с целью подражания больной природе в её попытках самоизлечения, и бeз понимания того, насколько безрассудными являются стремления имитировать больную природу и подталкивать её в этих очень несовершенных, обычно неуместных попытках, предпринимаемых инстинктивной неразумной жизненной энергией, внедрённой в наш организм. Эти стремления безрассудны, так как жизненная энергия прекрасно приспособлена для поддержания гармонического развития жизни, но не для лечения её болезней. При поражении болезнетворными агентами наш жизненный принцип способен лишь проявлять своё подавленное состояние, вызванное расстройством регулярности жизненных отправлений в симптомах, которые разумный врач расценивает как мольбу о помощи. Если её не оказывают, он пытается спастись через усиление болезни, обычно при помощи интенсивных выделений, не смущаясь их возможными результатами, часто с величайшими жертвами и даже разрушением самой жизни.
Болезненно угнетённая жизненная сила имеет слишком мало возможностей для лечения болезней, и попытки её не заслуживают подражания, поскольку все вызванные